David Moore - Eve of the War текст песни

At midnight on the twelfth of August, a huge mass of luminous gas erupted from
Mars and sped towards Earth. Across two hundred million miles of void,
invisibly hurtling towards us were the first of the missiles that were to bring so much calamity to Earth. As I watched, there was another jet of gas.
It was another missile starting on it’s way.
And that’s how it was for the next ten nights. A flare, spurting out from Mars
— bright green, drawing a green mist behind it — a beautiful, but somehow
disturbing sight. Ogilvy the astronomer, assured me we were in no danger.
He was convinced that there could be no living thing on that remote forbidding
planet.
«The chances of anything coming from mars are a million to one» he said
«The chances of anything coming from mars are a million to one — but still they
come!»
Journalist: Then came the night the first missile approached Earth.
It was thought to be an ordinary falling star, but next day there was huge
crater in the middle of the Common, and Ogilvy came to examine what lay there:
a cylinder, thirty yards across, glowing hot… And with faint sounds of movement coming from within.
Suddenly the top began moving, rotating, unscrewing, and Ogilvy feared there
was a man inside, trying to escape. He rushed to the cylinder, but the intense
heat stopped him before he could burn himself on the metal.
«The chances of anything coming from mars are a million to one — but still they
come!»
«The chances of anything coming from mars are a million to one» he said
«The chances of anything coming from mars are a million to one — but still they
come!»
«Yes, the chances of anything coming from mars are a million to one — but still
they come!»
It seems totally incredible to me now that everyone spent that evening as though it were just like any other. From the railway station came the sound of shunting trains, ringing and rumbling, softened almost into melody by the
distance.
It all seemed to safe and tranquil.

Перевод песни "Eve of the War"

Полночь двенадцатого августа: из недр Марса вырвалась огромная масса светящегося газа и устремилась к Земле. Сквозь двести миллионов миль пустоты, невидимо несясь в нашу сторону, летели первые ракеты, которым суждено было принести на Землю столько бед. Пока я наблюдал, вырвался очередной поток газа — еще одна ракета начала свой путь.

И так продолжалось десять ночей подряд. Вспышка из Марса — ярко-зеленая, оставляющая за собой зеленый шлейф; прекрасное, но почему-то тревожное зрелище. Астроном Огилви уверял меня, что мы не в опасности. Он был убежден, что на этой далекой и суровой планете не может быть никакой жизни.

«Шанс того, что с Марса что-то прилетит, — один на миллион», — говорил он.
«Шанс того, что с Марса что-то прилетит, — один на миллион... но они все равно летят!»

Затем наступила ночь, когда первая ракета приблизилась к Земле. Сначала ее приняли за обычную падающую звезду, но на следующий день посреди Общего луга обнаружили огромный кратер. Огилви пришел осмотреть находку: цилиндр шириной в тридцать ярдов, пышущий жаром... И изнутри доносились слабые звуки движения.

Внезапно верхняя часть начала двигаться — вращаться, откручиваться, — и Огилви испугался, что внутри человек пытается выбраться. Он бросился к цилиндру, но нестерпимый жар остановил его прежде, чем он успел обжечься о металл.

«Шанс того, что с Марса что-то прилетит, — один на миллион... но они все равно летят!»
«Шанс того, что с Марса что-то прилетит, — один на миллион», — говорил он.
«Шанс того, что с Марса что-то прилетит, — один на миллион... но они все равно летят!»
«Да, шанс того, что с Марса что-то прилетит, — один на миллион... но они все равно летят!»

Мне сейчас кажется совершенно невероятным, что все провели тот вечер так, будто он был самым обычным. Со стороны железнодорожной станции доносились звуки маневрирующих составов — звон и рокот, почти превратившиеся в мелодию из-за расстояния. Все казалось таким безопасным и спокойным.